Апшеронский крест

(Звук: глухой, вязкий бит, напоминающий стук колес старой узкоколейки. На фоне — шум дождя, далекий вой собаки, скрип калитки. Атмосфера промозглой южной ночи, тумана и сырой древесины.) Интро: Йоу... Гео на бите. Девяносто... какой-то там. Апшеронск. Слушай сюда. Куплет 1: Стук колес по узкоколейке, туман над рекой Пшехой, Здесь не пахнет большими деньгами, здесь пахнет мокрой корой. Город лесорубов и зоны, город выжженных дотла сердец, Девяносто второй на дворе, здесь всему наступает конец. Я помню «Круг» и «Голубой Дунай», там решали вопросы без слов, Под запах дешевого пива и стук деревянных столов. Тусклый свет фонаря на Ленина, на ботинках налипшая грязь, Здесь любая чужая фраерская морда сразу падала в грязь. Мы не носили малиновых пиджаков, не сидели в московских клубах, Наши пиджаки — это брезент, вечно мокрый на лесозаготовских срубах. «Лессельмаш» стоял и дымил в никуда, выдавая рабочим копейки, А реальная жизнь начиналась тогда, когда сходились на стрелке. Припев: Это Апшеронск. Девяносто. Сырость. Здесь не про милость, брат, здесь только про дикость. Узкоколейка везет в Шпалорез туман, Здесь каждый пацан — это волк, а не дрессированный баран. Это Апшеронск. Дерево, кровь и мазут. Здесь за свои слова жестко спрос и тут. Если ты лишний — лесоповал тебя съест, Это криминальный район, это Апшеронский крест. Куплет 2: ДОК гудел по ночам, воровали обрез, доску тащили через заборы, Здесь менты закрывали глаза за пузырь, не вступая в пустые споры. Мы грелись в подъездах, на стенах — «Крест» и «ДОК», наши имена и даты, Мы были шпана, мы были уличный рок, мы были жизнью помяты. Район на район, заточки в рукаве, арматура, кастеты из свинца, Уважение здесь не дается по праву рождения или по воле отца. Его вырывают с мясом в сыром дворе, под смех местных беззубых старух, Здесь либо ты хищник в этой игре, либо твой становится глух. Я помню запах солярки и пота, вкус дыма от «Примы» во рту, Мы мечтали свалить из этого болота, оседлав воровскую мечту. Но болото держит крепко, оно тянет на дно, как топь в Хадыженской чаще, И ты понимаешь — другого пути не дано, ты останешься в этой чаще. Припев: Это Апшеронск. Девяносто. Сырость. Здесь не про милость, брат, здесь только про дикость. Узкоколейка везет в Шпалорез туман, Здесь каждый пацан — это волк, а не дрессированный баран. Это Апшеронск. Дерево, кровь и мазут. Здесь за свои слова жестко спрос и тут. Если ты лишний — лесоповал тебя съест, Это криминальный район, это Апшеронский крест. Аутро: Сквер Карла Маркса... Танцплощадка пуста. Мокрый асфальт. И вокруг пустота. Только стучит вдалеке «матаня»... Апшеронск. Девяностые. Выжили. Точка. (Звук: бит резко обрывается. Остается только шум дождя и одинокий, протяжный гудок уходящего поезда.)