Эй, слышишь, брат, тут не игрушки, не кино,

Эй, слышишь, брат, тут не игрушки, не кино, Тут каждый шорох за спиной — уже говно. Я не из тех, кто ждал, молился и терпел, Я с детства знаю: либо ты, либо тебя раздел. Куплет 1: В саду прикопан ствол, складной приклад, цевьё, Земля сырая держит, как могила, всё моё. Не для того, чтоб красоваться у ворот, А для того, чтоб встретить, если сунется народ. Мусора, ОМОН, комвой — все вы одной масти, Я вам не дам забрать, что моё, что в моей власти. Стучите в дверь? Давайте, суки, я готов, Я сам открою, без звонков и без ментов. Пока вы там по рациям: «Объект, приём, приём!», Я тут приклад раскладываю, щёлкаю, как лом. В саду, под яблоней, под дёрном, в чернозём, Лежит ответ на ваш визит, на ваш погром. Комвой орёт: «Работаем, пацаны, вперёд!», А я уже не жду, когда он в дверь войдёт. Я знаю каждый угол, каждую тропу, И если штурм — я из окна, я не сбегу. Припев: Мусора, ОМОН, комвой — ну давай, заходи! Здесь сад, здесь ствол, здесь хозяин впереди. Я не боюсь ни шмона, ни оков, ни зоны, У нас разговор короткий — без иконы, без мадоны. Я врос в эту землю, как корень, как плеть, И если что — я не дам себя запереть. Складной приклад, в руке, как зверь, как бес, И станет тихо, как в могиле, как под пресс. Куплет 2: ОМОН ломится, щиты, дубинки, каски, мат, Они хотят, чтоб я упал, чтоб я был смят. Но я не тот, кого пугает синева, У меня за спиною — сад, земля, трава. Комвой командует: «Вяжи его, крути!», А я уже достал, что прятал, — смотри, смотри. Приклад складной, как будто складень, как судьба, Я не сдаюсь ни мусорам, ни богу, ни суда. Пускай менты мечтают взять меня живьём, Пускай рисуют план, где я схвачен, сгнил, размол. Я знаю цену ихней правды, ихних слов, Я знаю, как ломают души без оков. Но здесь, в саду, где пахнет прелью и дождём, Я сам себе судья, и сам себе закон. И если встанут все, кто носит погон и шлем, Я встречу их, как надо, — тихо и со всем. Припев: Мусора, ОМОН, комвой — ну давай, заходи! Здесь сад, здесь ствол, здесь хозяин впереди. Я не боюсь ни шмона, ни оков, ни зоны, У нас разговор короткий — без иконы, без мадоны. Я врос в эту землю, как корень, как плеть, И если что — я не дам себя запереть. Складной приклад, в руке, как зверь, как бес, И станет тихо, как в могиле, как под пресс. Куплет 3: Вы, суки, думали, я сдамся, как щенок? Я лучше лягу в эту землю поперёк. Чем буду ждать, пока меня возьмут в капкан, Я им устрою тут такой пожар, такой туман. Мусора, ОМОН, комвой — я вам не пас, Я не подпитываю ваш продажный глаз. Я лучше сгнию в этом саду, как падший лист, Но не отдам им свой последний, вольный выстрел. Ну что, комвой, не ждал такого поворота? Здесь не квартира, не подъезд, не проходная рота. Здесь сад, где каждый куст — как враг, как друг, Здесь я держу оборону, как стальной досуг. И если небо упадёт на этот двор, Я встречу вороньё, как песню, как приговор. Складной приклад, в руке, как продолжение руки, И пусть запомнят все: я не прошу, я рву куски. Припев: Мусора, ОМОН, комвой — ну давай, заходи! Здесь сад, здесь ствол, здесь хозяин впереди. Я не боюсь ни шмона, ни оков, ни зоны, У нас разговор короткий — без иконы, без мадоны. Я врос в эту землю, как корень, как плеть, И если что — я не дам себя запереть. Складной приклад, в руке, как зверь, как бес, И станет тихо, как в могиле, как под пресс. Аутро: Ну что, брат, доволен? Или мало? Или да? Мусора, ОМОН, комвой — все они сюда. Но я не сдвинусь, не уйду, не отступлю, Я этот сад и этот ствол, как мать, люблю. Салам всем тем, кто понял, о чём я тут пою, Кто не боится ни ментов, ни ОМОН, ни комвою. Я спел, как мог, с агрессией, с огнём, с тоской, И если что — я за своим садом, как стеной.