Когда по берегам бродил ящер,

Когда по берегам бродил ящер, И солнце грело юный мир, В реке, во тьме, без слов и ящи, Родился древний исполин. Он видел, как рождались горы, Как океан менял русла, Пережил ледников споры И видел, как трава росла. Амур-батюшка широкий, Но калуга в нём — замок. Громадный хвост, как щепку-блок, Ломает лодку В её пасти — полумесяц, В глазах — бездонный чёрный лёд. Она не просит и не молится, Она — хозяин этих вод. Народ приамурский верит Сквозь века и сквозь года: Старый пятиметровый зверь Был духом речки навсегда Шаман шептал: «Не тронь покоя, Когда шумит речной простор, Иначе унесёт ведро В морской, холодный кругозор». В её пасти — полумесяц, В глазах — бездонный чёрный лёд. Она не просит и не молится, Она — хозяин этих вод. Она — свидетель той эпохи, Когда тираннозавр царил. Теперь она смотрит сурово, Что бог ей в душу не вложил. В её пасти — полумесяц, В глазах — бездонный чёрный лёд. Она не просит и не молится, Она — хозяин этих вод. Рыбак гребёт, дрожа от страха, И сеть бросает в тёмный вал. Но помнит: эта водяная плаха — Дух Амура, что веки спал.