Тринадцать могил

РАУНД 1 — «ПАМЯТЬ ПРОТИВ ГНЕВА» СОЛЯРА (медленно, почти шёпотом, голос — ветер в сухой траве) Ты думаешь, я не знаю боли. Ты думаешь — тринадцать хвостов, тринадцать жизней, Тринадцать поколений за моей спиной — Это сила. Это не сила, Кайра. Это тринадцать могил. Я ношу их всех. Вот здесь. Каждый хвост — голос, который уже не звучит. Каждый колокольчик в волосах — имя, Которое никто больше не произнесёт. Ты кричишь свою боль в микрофон. Я храню свою — в тишине. И я не знаю, что тяжелее. Но я знаю другое. Твоя ярость, сестра, она не враг миру. Она враг тебе. КАЙРА (хлыст скользит по полу, искры, голос — битое стекло) Тринадцать могил. А я не могу похоронить даже одну. Моя боль не лежит в земле, Соляра. Она ходит. Дышит. Улыбается. Заседает в совете. Издаёт указы. Спит в тёплой постели. Ты говоришь — «храню в тишине». Красивые слова. Очень красивые. Но пока ты хранила — Они построили ещё три тюрьмы. Пока ты молчала — Они сломали ещё сотню таких, как я. Твой покой, Соляра, это не мудрость. Это трусость, завёрнутая в шёлк. Ты сидишь и смотришь в воду, А вода всё прибывает. И однажды она затопит тебя. Вместе с твоими тринадцатью хвостами. Вместе с твоими тринадцатью мёртвыми. Вместе с твоей тишиной. РАУНД 2 — «САМОРАЗРУШЕНИЕ» СОЛЯРА (голос поднимается, впервые слышна дрожь — не гнева, страха) Ты права. Я боюсь. Но не тех, кто построил тюрьмы. Я боюсь за тебя. Ты думаешь, я не вижу? Каждый твой танец — это шаг к краю. Каждая высокая нота — крик, после которого Ты возвращаешься в гримёрную и не можешь дышать. Я сижу у твоей двери, Кайра. Каждую ночь после концерта. Ты не знаешь этого. Ты думаешь, я ухожу спать. А я сижу и считаю твои вдохи сквозь стену. И молюсь духам предков, чтобы их было больше десяти. Твоя месть — это не путь. Это огонь, который ты ешь. Ложку за ложкой. И он сжигает тебя изнутри. Не врагов. Тебя. Я не хочу собирать твой пепел, сестра. Я уже собирала пепел. Тринадцать раз. КАЙРА (длинная пауза, хлысты замирают, голос — тише, но твёрже) Ты сидишь у моей двери. А я стою у твоей могилы, Соляра. Каждый день. Уже восемь лет. Твоя могила ещё пуста. Но ты уже легла в неё. Ты приняла смерть до того, как она пришла. Ты смирилась. Ты простила. Ты отпустила. А я не отпущу. Никогда. Ты говоришь — я ем огонь. Да. Ем. И буду есть. Потому что, пока он горит во мне — Я знаю, зачем живу. А ты? Ты живёшь, чтобы помнить мёртвых. Я живу, чтобы стать их голосом. Чтобы крикнуть за всех, кто не мог кричать. Чтобы ударить за всех, кто не мог ударить. Твой покой — это согласие. Твоё прощение — это разрешение. Ты разрешила им жить, Соляра. А они разрешили тебе умереть. Я не хочу такого разрешения. РАУНД 3 — «ДО ПОСЛЕДНЕГО ДЫХАНИЯ» СОЛЯРА (встаёт, чаша с водой в руках, голос — звон, который вот-вот треснет) Ты думаешь, я не борюсь? Ты думаешь, я просто сижу и пою колыбельные мёртвым? Я борюсь иначе. Я храню то, что они хотели уничтожить. Язык. Песни. Имена. Каждый колокольчик в моих волосах — Это слово на языке, который они запретили. Если ты сгоришь — кто продолжит? Кто вспомнит, зачем ты горела? Месть без наследника — просто дым. Твой гнев умрёт вместе с тобой. И тогда они победят. По-настоящему. Я не прошу тебя простить. Я прошу тебя — останься. Останься в живых, Кайра. Хотя бы ради меня. Хотя бы ради Сандрэлы. Хотя бы ради Талиссы, которая видит тебя насквозь И плачет каждую ночь твоими невыплаканными слезами. Ты не одна. Ты никогда не была одна. Но ты так крепко держишься за свою боль, Что не видишь протянутых рук. КАЙРА (тихо, почти шёпот, хлысты опущены, голос — сталь без вибрации) Ты хочешь, чтобы я осталась. Ты хочешь, чтобы я жила. Ты хочешь, чтобы я увидела ваши протянутые руки. Я вижу их, Соляра. Вижу каждую. Сандрэла, которая носит корону не для себя. Талиссы, которая смотрит чужими глазами и не спит ночами. Ты, которая сидит у моей двери и считает мои вдохи. Я вижу. И именно поэтому я не могу остановиться. Потому что если я остановлюсь — Если я прощу — Если я скажу: «Хорошо, пусть живут» — То всё, что со мной сделали, станет нормой. То, что сделали с твоим родом, станет историей. То, что сделали с тысячами, станет статистикой. Я не могу этого допустить. Даже если это убьёт меня. Я не прощу. Я не забуду. Я не отпущу. Даже после смерти. Даже если от меня останется только пепел — Этот пепел будет жечь им глаза. Этот пепел будет хрустеть у них на зубах. Этот пепел будет сниться им в кошмарах. Я не уйду тихо, Соляра. Прости меня. Но я не уйду тихо. ФИНАЛ СОЛЯРА (шёпот, слышный только Кайре) Тогда я буду сидеть у твоей двери. Каждую ночь. И считать твои вдохи. Пока пепел не станет землёй. А земля — цветами. Даже если на это уйдёт тринадцать жизней. У меня их как раз столько. КАЙРА (в тишину, в темноту, в никуда) Я не уйду тихо. (Конец.)