Земля дрожит, и небо плачет серо,

Земля дрожит, и небо плачет серо, Но он стоит, сквозь порох и огни. В его груди — несгибаемая вера, Что нет ценней, чем Родины те дни. Средь блиндажей, где время замирает, Он держит фронт, как скалы, как гранит. И каждый враг в округе точно знает: Гарын здесь есть. Гарын — как щит стоит. На плитке кофе, пар идет едва, Размыта дождем в полевом блокноте глава. Бронежилет тяжелый снят, можно вдохнуть, Сегодня снова был нелегкий, «жаркий» путь. Махнул рукой, привычно спрятал взгляд: «Бывало хуже, брат, ты не грусти, заряд Оставь на завтра». — Кто там на связи? «Гарын!» Сквозь ночь, туман и холод — он всегда один Прикроет, вытащит, не дрогнет никогда. Его позывной — как с неба яркая звезда. Не из стали кован, не из камня сбит — Дух Гарына в поле грозным ветром мчит. Где взрывы поют о финале времен, Он встал на пути, как седой легион. Не просит награды, не ищет путей, Среди свинцовых и страшных дождей. И имя — Гарын — отражается в сталях, Как гордость и боль в этих выжженных далях. Квадрат закрыт. Снаряды бьют кучно. Нам в этот час, признаться, не скучно. Выходит «птичка», уходит «грач». Гарын по рации: «Вперед! Не плачь!» Прицел наведен, работа идет, Железный ритм и уверенный взлет. Ни шагу назад, приказ есть приказ, Гарын в тылу врага — как будто сейчас.