Лавочка

Лавочка Куплет 1: Май, начало весны, лавочка под деревом, Двое — и вроде бы просто знакомые. Ты друг моего мужа, я — его жена, Мы сидели, как сидят обычные люди. Но ты подсел ко мне ближе, чем обычно, Так близко, что я почувствовала твоё дыхание, И сказал: «Я хочу тебя» — просто, без прелюдий, И что-то щёлкнуло внутри, и мир накренился. Припев: И с той лавочки под деревом всё началось — Май, весна, и ты сказал три слова. У меня семья, у тебя семья, Ты друг моего мужа — и теперь мой тайный. Мы спрячем это за вежливыми лицами, За общими ужинами и детскими рисунками, Но с того мая, с той лавочки, под тем деревом — Мы уже не те люди. Уже не те. Куплет 2: Ты приходишь к нам домой — как друг, как обычно, Муж открывает дверь, дети кричат «дядя!», Ты обнимаешь моего мужа, жмёшь ему руку, И смотришь на меня — как будто ничего не было. Но как только мы одни — кухня, коридор, минута — Ты придвигаешься ближе, чем должен друг семьи, Твоя рука на моём бедре, твой шёпот: «Скучал», И я знаю, что это — неправильно, и не отстраняюсь. Припев: И с той лавочки под деревом всё началось — Май, весна, и ты сказал три слова. У меня семья, у тебя семья, Ты друг моего мужа — и теперь мой тайный. Мы спрячем это за вежливыми лицами, За общими ужинами и детскими рисунками, Но с того мая, с той лавочки, под тем деревом — Мы уже не те люди. Уже не те. Куплет 3: Ты забирал меня из больницы — два раза, Два раза ты приезжал и говорил: «Поехали домой», И я садилась в машину, и ты держал мою руку, И мне казалось — вот оно, настоящее, вот оно. А потом ты звонил ночью — поздно, пьяный, «Выйди ко мне, я стою внизу, я жду», А я не могла — муж рядом, дети спят, дом не спит. И ты клал трубку. И ехал к ней. К той, которая может выйти. Которая всегда может. Куплет 4: Ты говоришь: «Мне с тобой комфортно» — И я вижу, как ты выдыхаешь, когда переступаешь порог, Как садишься на кухне и говоришь: «Накорми меня», И я готовлю — то, что ты любишь, то, что умею. Ты говоришь: «Так вкусно, как ты готовишь — никто не готовит», И мы сидим на кухне и говорим обо всём — О работе, о жизни, о том, что болит, о том, что смешно. И тебе со мной комфортно. И мне с тобой — тоже. Куплет 5: А ночью ты приходишь пьяный — тихо, через дверь, Муж спит в соседней комнате, дети сопят в своих, Ты на цыпочках мимо дверей, мимо чужих снов, И ложишься ко мне в кровать — тёплый, тяжёлый, родной. Ты обнимаешь меня крепко, прижимаешь к себе, Я целую тебя нежно — в шею, в плечо, в закрытые глаза, И мы лежим, и дышим в один ритм, и всё вокруг замирает, И мы медленно засыпаем — вместе, тихо, по-настоящему. И в эти минуты ты не друг мужа, не муж другой женщины, Ты просто — мой. И я просто — твоя. И нет ни одной кровати, ни одной семьи, ни одного мая — Только твои руки на моём теле и моё дыхание в твоём. Припев: И с той лавочки под деревом всё началось — Май, весна, и ты сказал три слова. У меня семья, у тебя семья, Ты друг моего мужа — и теперь мой тайный. Но ночью, когда ты обнимаешь меня в темноте — Мне кажется, что это и есть настоящее. И я верю. И я верю. И я верю. Куплет 6: А утром ты встаёшь — тихо, без лишних движений, Один взгляд на меня, улыбка, может, «спасибо», И ты уходишь — как ни в чём не бывало, Как будто не было ночи, объятий, губ, дыхания. Муж просыпается, выходит на кухню, видит тебя за столом, Ты пьёшь кофе и говоришь: «Зашёл проверить, как дела», Муж смеётся: «Хорошо, что заходишь» — и не видит, Как ты украдкой смотришь на меня. Как вчера. Как в мае. И я стою у плиты и готовлю завтрак — для мужа, для детей, И ты ешь мой завтрак и говоришь: «Вкусно, как всегда», И ничто не выдает, что этой ночью ты спал в моей кровати, Что я целовала тебя, что мы засыпали вместе, что ты обнимал меня. Бридж: Знаешь, что самое горькое? Не то, что ты врёшь. Не то, что их несколько. Не то, что муж считает тебя другом. А то, что утром ты уходишь — как ни в чём не бывало. Как будто ночь — это сон, который забылся к обеду. Как будто твои руки на моём теле — привиделись. Как будто я не целовала тебя. Как будто мы не засыпали вместе. Ты обнимаешь меня крепко ночью — и днём не знаешь меня. Ты целуешь меня в темноте — и утром жмёшь руку мужу. Ты шепчешь «ты моя» — и уходишь к своей жене. И я остаюсь на кухне с холодной чашкой и горячим сердцем. И я думаю: ночь — это настоящее? Или утро — настоящее? Или мы оба — просто два человека, Которые прячутся от правды в темноте, А утром делают вид, что ничего не было? Финал: Ты придёшь снова. Ночью, пьяный, тёплый. И ляжешь ко мне, и обнимешь крепко, И я поцелую тебя нежно, и мы засыпаем, И утром ты встанешь и уйдёшь — как ни в чём не бывало. И муж не знает. Никогда не узнает. И дети любят тебя. И лавочка помнит май. И я стою у плиты и готовлю тебе борщ, И ты говоришь «вкусно», и тебе со мной комфортно. А ночью ты обнимаешь меня — и я забываю всё. Что ты ездил к ней. Что я — удобная. Что ты друг моего мужа. Что это — не любовь.