Куплет 1

Куплет 1 Шахтёр, работа не придирчивая, в земле колупаться я люблю. Здесь, в Нор и в Па-де-Кале, привычная, рублю проклятую скалу. Лишь тусклый свет карбидной лампочки коптит во тьме у потолка, А наверху грохочут пушки-точки, к Рейну идут французские полка. У нас тут свой окоп отмеренный, где крепь трещит, срываясь в гул, И каждый пласт судьбой проверенный для тех, кто в шахту юность окунул. Припев 1 Эх, charbon, гори-пылай! Дай силушку для Третьей Республики! Внизу кромешный адский край, А там — штыки блестят за бруствером. Мы здесь куём стране металл, Чтоб пушка выстрелила споро. Кто под землёй Бастилию держал, Тому свобода выше прокурора! Куплет 2 Мадлен заждалась с утра до вечера, а су платил нам через раз. Система «troussage» изувечила наш дух, но не потухнет глаз. Нам вместо денег лавку тычут: бери гнильё да запиши в тетрадь. Но мы Деказвиля урок усвоили, умеем бастовать и помирать. Земля давИт, плита играет, вода сочится по стене, Но кровь Парижа не сгорает в глухой подземной тишине. Припев 2 Эх, charbon, гори-пылай! Кипит чугун для нашей нации! Внизу кромешный адский край, А там — атака эшелонами. Без антрацита встал завод, Замолкли грозные орудия. Шахтёрский тянется народ, Хоть доля наша лютая и трудная! Куплет 3 Свеча дрожит, метан гуляет, хозяин гонит: «Живо, bougre!» Господь о грешных забывает, лишь штрек глухонемой звенит в натуре. Но знаем мы ценою пота, зачем дымится наш террикон: Для броненосца и для флота Республике так нужен бастион. Пусть кайло ломано-починено, пускай в глазах стоит угар, Мы сердце Франции, мужчиною мы держим мировой пожар! Припев 3 Эх, charbon, гори-пылай! Пускай узнает бош проклятый! Внизокромешный адский край, Да будет уголь взят лопатой! Пока мы держим этот свод, Не дрогнет ни франк монетою. Шахтёрский праведный народ — Опора Франции и света!