Папа закрывал её от ветра своей спиной,

Папа закрывал её от ветра своей спиной, Мама шептала: «Дыши, моя радость, я с тобой». Теперь над ними только небо и ржавый металл, А генералы пишут рапорты, глядя в холодный монитор. Для них она — статистика. Цифра в вечерней сводке. Но кто объяснит ей, что у этой сказки нет развязки? Что «великая миссия» пахнет гарью и горелой плотью, Что мир, который они «спасают», стал их невольной жертвой. А там, в кабинетах, за толстым, пуленепробиваемым стеклом, Двигают флажки и делят мир на «наш» и «чужой дом». Для них это шахматы, великая, важная игра, А здесь — просто девочка. И у нее больше нет никого. Зачем эта война? Кому нужна эта кровь? Когда на пьедесталах — чужая, мертвая любовь. Они играют в историю, в бога, в великую цель, А она играет в тишину. Потому что мама и папа — теперь метель. Медали тяжелы! Но они не греют! А детские души на этом ветру седеют! Вы строите империи на костях и на лжи, Но как вы посмотрите в её глаза? Скажите, как?! Нет победителей! Есть только пепел и страх! И маленькая девочка с комком в горле и в глазах! Вам не отмыть руки! Вам не замолчать эту тишину! Вы убили её родителей. И оставили её одну! Тихо... Только ветер листает страницы судьбы. Маленькая девочка... В слишком большом для неё пальто. Ждет родителей. Напрасно. Война закончится. А она всё еще ждет.