Пепел Улья Гадес оседает на броне,

Пепел Улья Гадес оседает на броне, Я — комиссар Яррик, смерть в огне. Газкулл думал, что планета станет его трофеем, Но мы встретили орков стальным легионом и свинцом. Мой силовой коготь рвет их шкуры на куски, Боевой цепной топор сносит бошки от тоски. Они прут волнами, миллионы зеленых тел, Но Империум Человечества не знает слова «предел». Вокс-сеть ревет, приказ один — стоять! За мной Стальной Легион, нам нечего терять. Каждый метр улья полит кровью до краев, Это моя земля, это мой закон. Аданглазый мертвец! Твой ночной кошмар! На моем счету миллион разбитых орд! Глаза из стали, протез вместо руки, Мы ломаем вам хребты вопреки! Армагеддон наш! Слышишь этот лязг? Во имя Императора я даю приказ: Ни шагу назад! Только хэдшот в цель! Комиссар Яррик открывает дверь в ад для зверей! Орки верят в Вааагх!, в свою тупую силу, Но они забыли, как дед сломал их Волну Аттилы. Я потерял глаз — вырвал сам, чтобы целиться лучше. Я потерял руку — смеюсь над этим пуще. Газкулл держит мою черепушку у себя на штандарте, Думаешь, меня пугает твой зеленый фарсе? Ты хотел достойного врага? Ты получил войну! Я прошел через сквигов, сквозь гретчинов стену. Трака ждет моей смерти уже сотню лет, Но старик Яррик плюет на ваш кислотный бред. Я живой упрек вашей дикарской породе, Самый живучий сукин сын во всем нашем сброде. Синтетическая плоть. Боевые стимуляторы. Мои гвардейцы рвут вас, ксеносы-терминаторы. Логика машин против первобытной ярости, Но имперская сталь перемелет ваши челюсти. Улей Темпестора тоже падет под моим началом, Я начинаю всё заново, даже если жизнь дала трещину. Зеленокожие шепчут мое имя со страхом в ночи, Когда плазма плавит их танки, кричи или молчи! Аднаглазый мертвец! Твой ночной кошмар! На моем счету миллион разбитых орд! Глаза из стали, протез вместо руки, Мы ломаем вам хребты вопреки! Армагеддон наш! Слышишь этот лязг? Во имя Императора я даю приказ: Ни шагу назад! Только хэдшот в цель! Комиссар Яррик открывает дверь в ад для зверей!